Звезда полковника Баранца: Он спас картины Шишкина и Репина от Сердюкова, но не может съездить на родину - бандеровцы угрожают его «закопать»

Радио Меню Россия Фото Видео Спецоперация Политика Общество Экономика В мире Звезды Здоровье Соцподдержка Наука Спорт Колумнисты Происшествия Национальные проекты России Выбор экспертов Доктор Финансы Открываем мир Я знаю Семья Женские секреты Путеводитель Книжная полка Прогнозы на спорт Промокоды Сериалы Спецпроекты Кофе «Вкус Африки» Дефицит железа Туризм Пресс-центр Недвижимость Телевизор Коллекции Правила применения рекомендательных технологий Политика АО «ИД «Комсомольская правда» в отношении обработки персональных данных Конкурсы Работа у нас Гид потребителя Все о КП Радио КП Реклама Тесты Еще Радио Россия Москва +10 ° Радио Реклама Подписка Сегодня: Новости Только у нас Военкоры Украина: сводка КП в МАХ Отдых в России Заповедная Россия Происшествия Афиша Испытано на себе Еще Политика 9 ноября 2026 22:00 Звезда полковника Баранца: Он спас картины Шишкина и Репина от Сердюкова, но не может съездить на родину - бандеровцы угрожают его «закопать» фото Полковник запаса и действующий маршал военной журналистики Виктор Баранец отмечает 80-летие KP.RU Поделиться Полковнику запаса и действующему маршалу военной журналистики Виктору Баранцу, отдавшему 33 года армии и 28 лет «Комсомолке», исполнилось 80 лет. Фото: Михаил ФРОЛОВ.

Сегодня 80 лет полковнику запаса и действующему маршалу военной журналистики Виктору Баранцу, отдавшему 33 года армии и 28 лет «Комсомолке».

Мы поздравляем не только Виктора Николаевича, но и великое войско его читателей, слушателей, которых он продолжает удивлять.

В любой профессии есть звезды. Маленькие и огромные, притягивающие миллионы людей. В журналистике, бесспорно, такая звезда первейшей величины - Виктор Баранец - настоящий полковник, обозреватель «Комсомолки», ведущий ежедневного «Военного ревю» на радио «Комсомольская правда», где кипят такие страсти, что лопаются счетчики децибелл, а рейтинг зашкаливает. Но главное - Баранца любит армия, он для нее - свой, не засланный.

Он протопал путь от корреспондента дивизионной газеты на Дальнем Востоке до пресс-секретаря министра обороны (генерала Родионова). «Горячие точки» Афгана, Чечни, Дагестана и самые соленые годы реформ и бескормицы в армии.

Советский и российский военачальник, генерал армии, министр обороны Российской Федерации с 1996 по 1997 год — Игорь Николаевич Родионов (в центре) и Виктор Баранец (справа). Фото: Личный архив.

Эти вехи будущим офицерам, политикам, историкам и журналистам можно и нужно изучать по статьям полковника Баранца.

«...закончилось тем, что я ночью, как белогвардейский офицер времен Октябрьской революции, срывал табличку со своей двери, ожидая прихода «большевичков». В те дни Главпур (Главное политуправление Советской армии и флота) объявили осиным гнездом режима и до нас дошли слухи о скором аресте. Ночью я стоял в 50-метровой очереди к «моргу» (так мы называли дымящуюся печь, в которой сжигали документы) со своим пудом писем. И заглядывал в некоторые из них. Запомнилось письмо прапорщика. Он писал начальнику Главпура, что его жена погибла в автокатастрофе, а он остался с тремя детьми. А финансист не выплачивает пособие. И молил о помощи. И размашистая виза моего начальника: «Тов. Баранцу немедленно разобраться и доложить». Я стоял в этой ночной очереди и думал: «Что же я такого плохого сделал в этом мире, что меня занесли в списки тех, кого нужно арестовать в первую очередь?!»

«Нам по три-пять месяцев не платили зарплату. А в войсках - полгода! Офицерские жёны в гарнизонах уже варили суп из лебеды... Однажды, когда я проходил по гулкому коридору Генштаба, меня окликнул прапорщик-секретчик: «Полковник, спуститесь в подвал, получите буханку хлеба и шесть банок кильки в томате». Это была моя «зарплата»… Я приходил в «ядерное» управление, где стратеги работали над планами применения ядерного оружия, а у них воняло борщом. Люди варили еду прямо в кабинетах. И я понял, что нужно дать «последний бой», пойти на «самоубийство», лишь бы власть услышала голос человека в погонах.»

Баранец опубликовал статью «В кого будет стрелять армия?» о настроениях в войсках. «И был снят с должности за сорок минут, мой пропуск порвали у меня на глазах, Это стало точкой в моей 33-летней службе в армии», - вспоминает он.

Таким был военный обозреватель "КП" Виктор Баранец в 1965 году, когда командовал экипажем боевой машины Т-10М. Фото: Личный архив.

И офицер-правдоруб пошел работать туда, где не боялись честного слова - в «Комсомольскую правду». Как он говорит: «Где я однажды с щенячьим трепетом пожал руку легенде журналистики - Василию Пескову. И он с улыбкой сказал: «Ну что, поработаем, полковник?»

Теперь Баранец и сам - легенда. Сегодня ему — 80 лет. Но каждая его статья в «КП» до сих пор полна страсти пополам с порохом. Он автор десятка книг, Заслуженный журналист России. И немногие знают, чего стоит ему порой каждый добытый эксклюзив, с боем взятая высота.

Например, для написания книги, как на самом деле шло воссоединение Крыма с Россией, Баранцу пришлось под чужим именем, с чужими документами побывать в Киеве, чтоб расспросить о происходившем в те дни «на той стороне». Не всякий «агент 007» рискнул бы пойти на такое.

Военный обозреватель "КП", автор книги "Спецоперация Крым-2014" Виктор Баранец. Фото: Иван МАКЕЕВ.

А на одной из прямых линий Баранец не побоялся спросить Путина, почему он до сих пор не уволит всесильного тогда министра обороны Сердюкова. На что Путин ответил: я ценю такую офицерскую смелость и прямоту, пойдете моим доверенным лицом на выборы? И Баранец пошел. А Сердюкова, конечно, уволили.

Вот еще лишь несколько историй из статей Баранца в «КП» и его книг. За каждой - острейшие моменты из жизни страны и ее неудобного, но честного полковника.

После гибели подлодки «Курск» в Североморске были похороны. Редакция дала мне задание проникнуть в закрытый гарнизон и рассказать о погибших моряках.

Из Мурманска до Североморска ехал на автобусе. Пропуска в гарнизон у меня не было, я решил прикинуться спящим. Когда у КПП меня «разбудил» дежурный мичман, я сунул ему удостоверение офицера и соврал, что пропуск потерял. Не прошло. Высадили. Была ночь. Палил мороз. И я решил согреться, зашел на КПП. И вот там к окошку дежурного подошел капитан 3 ранга. Мне он показался знакомым. И офицер посмотрел на меня «узнаващим» взглядом:

- А я вас помню, вы приезжали на Балтику. И написали, как я там ютился с женой на катере. Квартиру нам не давали. А когда в «Комсомолке» вышла ваша статья, жилье дали. Спасибо. Какими судьбами к нам?

Я отвел капитана в сторону. Он все понял. Попросил отойти метров 300 «за поворот» и там ждать. А вскоре подъехал на легковушке, открыл багажник и сказал:

Так я оказался в военном городке. И на ночевку был приглашен домой к капитану. Его жена накрыла стол, хозяин достал бутылку… Мы проговорили с ним до глубокой ночи, и я узнал много о жизни подводников, которых утром гарнизон вышел проводить в последний путь. Я тоже провожал их. Задание было выполнено.

Отработка стрельбы с колена из пистолета во время службы Виктора Баранца. Фото: Личный архив.

Я давно дружил с начальником Центрального дома офицеров Российской армии (ЦДРА) полковником в отставке Василием Мазуренко (мы выпускники одного училища). Это великий труженик и порядочнейший офицер. Однажды он позвонил мне и срывающимся голосом сообщил, что по приказу министра Сердюкова из музейного фонда ЦДРА изъято аж 54 картины классиков - Шишкина, Васнецова, Репина, Айвазовского, Серова, Левитана…

- Их забрасывали в кузов грузовика, как дрова! - кричал он в трубку. - Некоторые картины взяла себе домой одна из фавориток министра, другие собираются увезти на его дачу! В бане будут висеть! Помоги спасти шедевры! Это же подлинники!!!

Уже через час я был в ЦДРА. Старенькая хранительница галереи со слезами показывала мне железные крючки, на которых еще недавно висели картины...

А уже на следующий день после выхода моей статьи в «КП» полковник Мазуренко сообщил мне, что все 54 картины возвращены на законное место в галерее.

Я долго разыскивал офицеров Кантемировской дивизии, которые стреляли из танков по Белому дому. В гарнизоне мне сказали, что их уже нет в живых, «народные мстители» выбили «расстрельщиков». Но то были слухи. Мне удалось поговорить с офицером при условии - его имя не назовем. Бывший в 1993-м командиром танкового взвода, он давно уволился - «боялся за жизнь семьи».

- Всем, кто выполнял задачу у «Белого дома», неуютно жилось в военном городке. На заборах вешали наши списки. Мы просились в другие округа. Но и туда молва пошла. А в личном деле каждого была благодарность от Ельцина. И дата - октябрьская... И дураку ясно.

- Наша рота в совхозе убирала урожай. Солдат повели в баню, офицеры - по домам. Я залез в душ, намылился, а жена кричит: «Тревога!» Я - пропеллером в полк. А там - командир: в Москве народ бузит, будем порядок наводить. Я: при чем армия, есть же ОМОН? Командир: его уже не хватает.

- Выползли на Минское шоссе - и по обочине, асфальт жалели. Нас стала тормозить «Волга». Командир кричал: «Дави ее на хрен!» «Волга» нас таки остановила. Ротный что-то орал в ухо мужику из «волжанки». А потом нам по связи: «Этот мужик говорил: «Мешок денег получите, только спасите Ельцина!»

В Москве подошел генерал Кондратьев, замминистра обороны. Сказал: «Если кто-то боится, может уйти». Никто не ушел. Надеялись, не придется стрелять... А потом вдруг приказ в наушниках: «Приготовиться к открытию огня! Ударить по центральному входу».

- Болванкой. От волнения я взял прицел низко. Болванка срикошетила и ушла в сторону. Руки дрожали. Ротный матом откостерил, сел на мое место. И - по пятому этажу. Точно в окно... Гадко на душе было! Русские стреляли в русских.

Мне особо помнится мое последнее интервью с последним маршалом советской империи Дмитрием Язовым. После нашей беседы я привез ему текст на визу. Ну, думаю, сейчас распишется и готово. А он убрал все свои слова про Горбачева, Ельцина, Путина, Сердюкова... И грустно сказал: «Опубликуйте это после моей смерти... А я уже не в состоянии по судам таскаться».

Виктор Баранец в гостях у маршала Дмитрия Язова (слева). Фото: Виктор БАРАНЕЦ.

Это недостаточно зрелый человек, чтобы руководить таким государством. Ну, не дано ему было... Что заставило меня участвовать в ГКЧП 91-го? Развал страны, которую я защищал на фронте. Мы заигрались. Если и Россию, не дай Бог, что-то развалит, то такая же демагогия и слабость власти.

Я к нему отношусь как к карьеристу, игравшему на чувствах людей, чтобы продраться к власти. Он своего добился. Если б думал о стране, по-другому бы себя вел. А он о себе думал.

Такой министр - досадное явление. Но вынужденное. Потому что страна давала гигантские деньги на перевооружение, а они не превращались в боевое железо. Сердюкову поставили задачу «оседлать» финансовые потоки, которые коррупционеры уводили налево. И он прикрыл много дыр. Но подобрал себе команду, которая тоже стала путать свой карман с государственным.

На Путина давят. Много денег на пушки - плохо. Вернул Крым - плохо. Не дал расправиться с Донбассом - опять плохо. Все плохо. А вы помните, какая страна ему досталась? Армия была убогой. Он сделал ее настоящей.

Маршал Советского Союза Дмитрий Тимофеевич Язов (слева) и Виктор Баранец. Фото: Личный архив.

Источник: https://www.kp.ru/daily/277831/5326085/
Оригинал публикации — kp.ru; права принадлежат правообладателю.