Связанные одной сетью: насколько Украина зависима от Starlink в ударах по российским тылам и чем его можно заменить

Авторство: Анна Курагина. Оригинал опубликован на The Insider. Использование с активной ссылкой на источник по пункту 4.2 пользовательского соглашения. Это не лицензия Creative Commons. Форматирование упрощено; сторонние фотографии и встроенные медиа исключены.

Starlink и Starshield: зависимость, ставшая уязвимостью

Интенсивность украинских ударов беспилотниками по российскому автотранспорту на оперативной глубине резко снизилась 14 октября 2026 года. Проблемы были связаны с работой военного спутникового сервиса Starshield, предоставляемого американской компанией SpaceX, и затронули прежде всего беспилотники, использующие спутниковую связь для управления в полете. 

По подсчетам OSINT-проекта «Око Гора», в первый день перебоев спутниковой связи количество зафиксированных поражений российской техники оказалось на 71% ниже среднего показателя за предыдущий месяц. О масштабах возникших проблем рассказали украинские операторы беспилотников. По словам представителя 414-й отдельной бригады беспилотных систем «Птахи Мадяра» с позывным Леон, подразделениям приходилось постоянно проверять, на каких скоростях сохраняется связь, и менять тактику применения БПЛА. Замедление дронов делало их более уязвимыми для российских мобильных огневых групп. 

Другой украинский командир сообщил, что только за первую ночь ограничений его подразделение потеряло беспилотники стоимостью более $1 млн. В то же время, по словам Леона, удары по российской логистике на оккупированных территориях, включая Крым, не прекращались.

Сервис Starlink, разработанный SpaceX Илона Маска, обеспечивает широкополосный доступ в интернет через группировку низкоорбитальных спутников. Благодаря сравнительно небольшим терминалам, высокой скорости передачи данных и низкой задержке сигнала спутниковый интернет можно использовать в полевых условиях, в том числе при отсутствии наземной инфраструктуры связи. 

В Украине Starlink получил широкое распространение с первых дней полномасштабного российского вторжения. Уже 28 февраля 2022 года в Украину прибыла первая партия терминалов Starlink, предоставленных SpaceX, а к декабрю 2023 года, по сведениям Министерства цифровой трансформации Украины, в стране работало около 47 тысяч терминалов, полученных благодаря договоренностям с международными партнерами.

В начале 2025 года общее количество терминалов Starlink в Украине оценивалось примерно в 160 тысяч, из которых до 100 тысяч, по мнению Сергея «Флеша» Бескрестнова, могли использоваться СОУ. По информации на осень 2025 года, в Украине насчитывалось уже около 200 тысяч терминалов Starlink — это крупнейший по числу пользователей сервиса рынок в Европе. Но только половину из этих терминалов оплатили и поставили по официальным каналам. 

Украина — крупнейший по числу пользователей Starlink рынок в Европе

В октябре 2026 года руководитель связанной с поставками Starlink украинской компании Adaptis Николай Калиниченко сообщил, что ежемесячно в страну поступают несколько десятков тысяч новых терминалов. В то же время точное количество действующих устройств неизвестно — на фронте они быстро выходят из строя.

Спутниковая связь стала одним из основных элементов украинской системы управления войсками. Через Starlink подразделения передают разведывательную информацию, получают видеотрансляции с беспилотников, координируют действия артиллерии и поддерживают связь между командными пунктами. 

Например, военнослужащий украинского артиллерийского подразделения рассказывал, что наличие видеотрансляции с разведывательного БПЛА позволяло за 3–5 минут подключиться к наблюдению и открыть огонь. Без такого канала связи артиллеристам пришлось бы работать по передаваемым координатам, что увеличивало бы время реакции и снижало бы точность поражения целей.

Вместе с тем коммерческий Starlink изначально не предназначался для управления ударными беспилотниками. В феврале 2023 года президент SpaceX Гвинн Шотвелл заявила, что компания ограничивает использование своей спутниковой сети для этих целей. 

Для выполнения военных задач SpaceX запустила отдельный сервис — Starshield, использующий технологии Starlink, но предоставляемый по государственным контрактам, прежде всего с Пентагоном. Он предусматривает защищенную передачу данных и другие возможности, необходимые военным пользователям.

В декабре 2024 года стало известно о новом контракте Пентагона со SpaceX, предусматривающем подключение к Starshield еще 2,5 тысячи терминалов Starlink, уже находившихся в Украине. Вместе с 500 терминалами, подключенными по предыдущему соглашению, их общее количество должно было достигнуть трех тысяч. Стоимость нового контракта не раскрывалась, а прежний оценивался примерно в $40 млн.

Зависимость СОУ от решений SpaceX проявлялась еще в 2022 году. При подготовке атаки БЭК на российские корабли в Севастополе в сентябре того года украинские военные столкнулись с отсутствием покрытия в районе аннексированного Крыма. 

Как позднее пояснил биограф Илона Маска Уолтер Айзексон, ограничения действовали еще до начала операции, а Маск отказался выполнить просьбу украинских властей активировать связь. Во время украинского контрнаступления осенью 2022 года по мере продвижения войск на ранее оккупированные территории (прежде всего в Херсонской и Запорожской областях и в меньшей степени — по линии фронта в Харьковской, Донецкой и Луганской областях) военные сталкивались с перебоями в работе Starlink. Как впоследствии выяснило агентство Reuters, как минимум часть ограничений была введена по личному распоряжению Маска.

Маск ограничивал функциональность Starlink для украинских военных еще в 2022 году

В феврале 2025 года в ходе переговоров с США о соглашении по украинским полезным ископаемым вновь возник вопрос об отключении Starlink. Американские переговорщики в то время рассматривали возможность ограничения доступа Украины к спутниковой связи как один из инструментов давления, хотя сам Маск отрицал сообщения о подобных угрозах. 

Украинские военные уже тогда предупреждали, что полное отключение сервиса не повлечет за собой утрату всех средств связи, но существенно замедлит передачу разведданных, обнаружение целей и координацию огневого поражения.

14 октября 2026 года ограничения затронули работу Starshield на движущихся платформах. По информации украинских военных, на разных беспилотниках связь исчезала при движении на скоростях от 72 до 161 км/ч. Конкретный порог зависел от средства, на котором установлен терминал. 

Для дронов, использующих Starshield в качестве основного канала управления, это означало необходимость менять скорость полета или отказываться от отдельных задач. Скоростной БПЛА-камикадзе не может продолжать выполнение задачи в обычном режиме, если при разгоне теряет связь с оператором.

Причины введения ограничений с самого начала были неясными. 15 октября агентство Reuters со ссылкой на американских и западных чиновников сообщило, что распоряжение ограничить работу Starshield поступило из Белого дома, после чего соответствующие указания были переданы Пентагону. 

Официально администрация США ответственность за решение не признала. Илон Маск, в свою очередь, заявил, что работа военного сервиса Starshield регулируется американскими властями, тогда как коммерческий Starlink контролируется SpaceX. 

Администрация США не взяла на себя ответственность за решение ограничить работу Starshield

Расследование The Wall Street Journal, опубликованное 20 октября 2026 года, указывает на личную роль Маска в ограничении работы Starlink / Starshield. По сведениям издания, именно он распорядился ввести ограничения, тем не менее вопрос, согласовывалось ли это решение с администрацией Дональда Трампа, остается открытым.

24 октября Маск впервые публично объяснил введенные ограничения, обвинив украинских военных в использовании коммерческого Starlink для наступательных ударов беспилотниками, вопреки условиям сервиса. В письме Конгрессу SpaceX утверждала, что изменила настройки только Starlink, тогда как никаких изменений в работе Starshield, контролируемого американским правительством, компания не вносила. 

Вместе с этим SpaceX сообщила, что восстановила прежний режим работы Starlink, чтобы соответствовать политике и приоритетам администрации США. Украинская сторона отвергла обвинения Маска. Как пояснил бывший советник министра обороны Сергей Стерненко, с февраля 2026 года для работы спутниковых терминалов на движущихся платформах требовалось подключение к военному Starshield, поэтому использовать коммерческий Starlink для беспилотников-камикадзе было технически невозможно.

По состоянию на 19 октября оборудование SpaceX на разных участках фронта прекращало работать при движении со скоростью 130–161 км/ч. Это затрудняло фронтовую логистику и ограничивало использование беспилотников — прежде всего для ударов «миддлстрайк». 

Военный аналитик Майкл Кофман уточнил, что при номинальном ограничении в 160 км/ч связь фактически оставалась нестабильной и могла пропадать уже при 130–140 км/ч. Лишь 24 октября стало известно о полном снятии скоростных ограничений работы Starshield в Украине, а уже 12 ноября Владимир Зеленский сообщил, что украинские подразделения несколько дней фиксируют сбои Starshield вдоль всей линии фронта и на оккупированных территориях. По его словам, связь вновь перестает работать при движении быстрее 161 км/ч. Украинские военные установили, что речь идет не о случайных сбоях, а о системном ограничении скорости. Причины новых ограничений неизвестны. Они появились примерно во время трехсторонних переговоров России, Украины и США, проходивших 10–11 ноября в Абу-Даби. 

Ограничения затрагивают оборонительные возможности украинских войск. Еще в октябре, по информации Бескрестнова, скоростной лимит Starshield препятствовал использованию реактивных дронов-перехватчиков против скоростных российских «Шахедов».

Кроме того, перебои влияли на один из важных каналов передачи информации на украинские боевые вертолеты, также участвующие в отражении беспилотных атак. Поскольку скорость полета вертолетов превышает 160 км/ч, ограничения спутниковой связи создавали проблемы при выполнении ими боевых задач. В то же время это не означало прекращение работы всех средств перехвата или утрату вертолетами возможности поражать беспилотники.

Ограничения в работе Starshield помешали использованию украинских реактивных дронов-перехватчиков

Октябрьские ограничения продемонстрировали уязвимость системы украинских беспилотных ударов, развитие которой в значительной степени опиралось на доступ к американской спутниковой инфраструктуре. В то же время Starshield используется далеко не всеми украинскими дронами: аппараты с автономной навигацией, обычными радиоканалами или оптоволоконным управлением могут выполнять задачи без непосредственного подключения к сервису SpaceX. Но для массового применения управляемых беспилотников на оперативной глубине спутниковая связь стала одним из ключевых факторов, позволивших украинской армии перейти от отдельных ударов по российским тылам к систематическому поражению транспортных маршрутов, складов, средств ПВО и командных пунктов.

Starlink и украинский «миддлстрайк»

Благодаря Starlink украинские военные получили возможность управлять беспилотниками на расстоянии десятков и сотен километров. Спутниковая связь позволила не только наносить удары глубже в российских тылах, но и поражать цели, местоположение которых заранее неизвестно. 

Оператор может наблюдать за обстановкой через камеру дрона, менять маршрут и выбирать цель уже во время полета БПЛА. Это особенно важно при поражении движущейся техники, мобильных средств ПВО и других объектов, меняющих свою дислокацию.

Раньше применение украинских беспилотников на оперативной глубине ограничивалось в том числе дальностью действия каналов связи. Обычный радиосигнал зависит от рельефа местности, расположения антенн и ретрансляторов, его также могут подавлять средства радиоэлектронной борьбы. 

Starlink позволяет управлять дроном за пределами прямой радиовидимости, поскольку передача данных осуществляется через орбитальную группировку (хотя спутниковый сигнал тоже можно подавить, а навигацию беспилотника нарушить с помощью РЭБ).

В 2025 году украинские подразделения занялись формированием насыщенной беспилотниками «киллзоны», но даже большие потери не останавливали продвижение ВС РФ. Штурмовые группы продолжали «просачиваться» через разреженные украинские позиции, а российские склады, пункты управления, расчеты БПЛА и основные логистические маршруты оставались преимущественно вне досягаемости массовых дешевых средств поражения. 

Для изменения ситуации требовалось увеличить глубину ударов и воздействовать не только на штурмовые подразделения, но и на систему их обеспечения. Традиционные средства поражения оперативных тылов, прежде всего HIMARS и ATACMS, не могли решить эту задачу в необходимых масштабах. 

Массовые относительно недорогие беспилотники дали возможность атаковать значительно большее число целей, в том числе те, которые было невыгодно поражать высокоточным ракетным вооружением. Спутниковая связь стала одним из условий, позволивших совместить относительно большую дальность полета с возможностью дистанционного управления.

Спутниковая связь обеспечила массовое применение украинских дронов по российским тылам

В отличие от дальнобойных беспилотников, направляемых по заранее заданному маршруту к стационарному объекту, дрон с устойчивым каналом передачи видео и команд может вести поиск цели в определенном районе и реагировать на изменение обстановки. В случае с российской логистикой это принципиально важно: координаты движущегося транспорта мгновенно устаревают, тогда как склад или стационарный объект инфраструктуры можно атаковать и без постоянного участия оператора.

С начала 2026 года украинские военные стали наращивать применение беспилотников класса «миддлстрайк», в том числе FP-2, RAM-2X, «Булава», «Дартс», «Батон» и Hornet. Далеко не всегда такие беспилотники оснащены Starlink, часть из них использует другие средства связи либо элементы автономного наведения.

https://t.me/theinsru/4279

Рост глубины поражения сопровождался изменением организации боевой работы путем создания системы для выявления целей и их оперативной передачи подразделениям, непосредственно наносящим удары. Спутниковая связь Starlink обеспечивает передачу изображения, координат и результатов наблюдения между подразделениями и командными пунктами, сокращая время от обнаружения цели до принятия решения об ударе. Именно сочетание массовых относительно недорогих беспилотников, спутникового управления и организационных изменений позволило СОУ перейти к систематическим ударам по российским оперативным тылам.

Масштабную кампанию ударов по российской логистике на оперативной глубине — «Логистический локдаун» — СОУ начали в мае 2026 года. Основной акцент был сделан на поражение транспорта, складов, мостов и других объектов в тылу ВС РФ.

Масштабы кампании быстро росли. По подсчетам французского OSINT-исследователя Клемана Молена, который изучает опубликованные украинскими подразделениями видеозаписи ударов, в мае 2026 года были поражены 214 российских грузовиков и других автомобилей на расстоянии более 20 км от линии фронта, а в июне — уже 586. В июле число таких атак достигло 656, в августе составило 630, а в сентябре выросло до рекордных 770. В октябре было зафиксировано 537 ударов — на 30% меньше, чем месяцем ранее. 

Молен связывает это снижение с девятидневным ограничением работы Starlink и Starshield. Важно оговориться, что речь идет только об ударах, кадры которых появились в открытых источниках, а не обо всех проведенных операциях.

Перерыв в штатной работе Starshield привел к падению на 30% числа ударов по российскому автотранспорту

Общая статистика Сил беспилотных систем ВСУ показывает увеличение интенсивности ударов: как «миддлстрайк», так и на тактической глубине. Согласно отчетам командующего СБС Роберта «Мадяра» Бровди, количество пораженных целей всех категорий выросло с 44,1 тысячи в мае до 64,8 тысячи в октябре, а число ударных вылетов — со 113,3 до 151,5 тысячи. Количество ударов по транспорту, спецтехнике и топливозаправщикам за тот же период увеличилось с 2 356 до 3 297, а по складам — с 443 до 574.

Главной целью «Логистического локдауна» стал сухопутный коридор из Ростовской области через Мариуполь, Бердянск и Мелитополь в Крым. Наиболее интенсивные удары наносились по трассе Р-280 «Новороссия» и прилегающим дорогам. 

Украинские беспилотники атаковали прежде всего грузовики, перевозившие топливо, боеприпасы и другие грузы. Кроме того, под удары попадали мосты и железнодорожная инфраструктура. К концу июня были зафиксированы сотни атак на транспорт и повреждения нескольких важных мостов, в том числе на маршрутах между Крымом и материковой частью оккупированной территории Украины.

Российские власти неоднократно заявляли о восстановлении движения. Примечателен случай в конце июля, когда «глава» оккупированной части Запорожской области Евгений Балицкий доложил Владимиру Путину, что трасса Р-280 находится под полным контролем. «Военкор» Владимир Романов осудил Балицкого за ложный доклад, указав, что контроль над трассой осуществляется «со стороны БПЛА-камикадзе ВС Украины». Мадяр в ответ опубликовал видеозаписи поражения российских грузовиков и автомобиля мобильной огневой группы беспилотником Hornet.

https://t.me/theinsru/3975

К августу российские силы изменили организацию перевозок. Грузовики стали чаще передвигаться колоннами под прикрытием МОГ, оснащенных зенитным вооружением. В типичную колонну входят три–пять грузовиков и два–три автомобиля прикрытия. Для противодействия украинским беспилотникам также используются средства РЭБ и дроны-перехватчики. 

Центр «Рубикон» заявлял в начале октября, что с начала 2026 года его подразделения перехватили около 7 тысяч украинских БПЛА, включая 1,8 тысячи в сентябре. И хотя Молен отмечает, что этим цифрам не следует слепо доверять, масштаб говорит сам за себя. Между тем украинцы стали использовать больше дронов-приманок, а сами МОГ уже превратились в отдельную цель. 

По оценке Молена, потери их личного состава убитыми и ранеными, зафиксированные на опубликованных видеозаписях, к концу сентября исчислялись сотнями. Но наиболее эффективным средством против украинского «миддлстрайка» Молен называет глушители Starlink, уточняя, что они очень дорогие и не могут быть развернуты повсеместно.

Удары по мостам также вынуждали российские войска менять маршруты снабжения. В августе Молен выявил 15 мест расположения понтонных мостов и новых переправ вдоль маршрута Геническ — Мелитополь — Мариуполь — Таганрог. Некоторые появились рядом с мостами, ранее подвергавшимися украинским атакам. При использовании понтонов грузовикам приходится снижать скорость, что делает их более удобными целями для беспилотников.

В июле украинская кампания расширилась на энергетическую инфраструктуру Крыма и судоходство. 6 июля 2026 года СБС начали операцию «МоЛоЧКа» («МОсква Ляже Через Крим», укр.), направленную против российских судов в Чёрном и Азовском морях. 

К 22 июля Бровди отчитался о 196 пораженных морских целях, а в итоговой июльской статистике СБС указаны 206 судов. Всего же с начала кампании по конец октября были поражены 309 судов. Уже в августе трафик в Азовском море остановился. Вслед за этим прекратилась и работа азовских портов. Одновременно начались массовые удары по энергетическим объектам в рамках операции «Кримський рубильник off». Если в мае СБС не сообщали о поражениях в этой категории, то в июле количество ударов по объектам энергетики достигло 181, в августе — 168 и в октябре — 105.

https://t.me/theinsru/4037

Важно подчеркнуть, что приведенные цифры не отражают число безвозвратно выведенных из строя судов или энергообъектов. Из-за атак на электроподстанции в Крыму периодически случаются (1, 2) блэкауты. Произошедший после атаки 24 октября на подстанцию 500 кВ «Тамань» российского энергомоста, который питает полуостров, напомнил местным жителям масштабный энергокризис этого лета, но полностью отключить «крымский рубильник» украинским военным пока не удалось. 

Несмотря на усилия оккупационных властей условия жизни населения на полуострове продолжают ухудшаться: даже заявленные графики ограничений энергоснабжения не соблюдаются. Одновременно СБС проводили кампанию против российских средств ПВО, радиолокации, связи и РЭБ. 

По отчетам СБС, в мае были поражены 36 комплексов в трех специальных категориях операции «ППОпад» (ППО — протиповітряна оборона, ПВО по-украински), в июне — 32, в июле — 35, в августе — 32, а в сентябре — 43. Особенно заметно увеличилось число поражений комплексов РЛС, РЭР и связи — с 12 в мае до 28 единиц в сентябре.

География ударов также расширялась. 24 августа Молен обратил внимание на появление видеозаписей атак по аэродромам, зенитным комплексам и РЛС уже на территории России — «в тех местах, где использование Starlink невозможно». Ранее подобные удары с видеотрансляцией фиксировались главным образом на оккупированных территориях Украины и в прибрежной зоне. По подсчетам аналитика, с начала 2026 года украинские беспилотники повредили или уничтожили более 250 российских средств ПВО, РЛС и РЭБ.

С начала 2026 года украинские беспилотники повредили или уничтожили более 250 российских средств ПВО, РЛС и РЭБ

Постепенно «миддлстрайк» охватил практически всю оккупированную территорию Украины. Если в начале кампании основное внимание уделялось южным маршрутам снабжения, то к осени всё чаще появлялись видеозаписи ударов в глубине оккупированной части Донецкой области. В октябре Молен отметил, что на дорогах между основными городами Донбасса атакам подвергались сотни автомобилей. Между тем еще в августе аналитик признавал, что, несмотря на заметное влияние ударов на логистику и энергоснабжение, их интенсивности недостаточно для существенного изменения хода российского наступления в Донецкой области.

«Вiвальдi»: наступление и спутниковая связь

К осени украинские военные стали использовать «миддлстрайк» не только для постоянного давления на российскую логистику, но и для обеспечения наземных наступательных операций, в частности «Вiвальдi», которую проводил 3-й армейский корпус ВСУ на лиманском направлении. Наступление развернулось на севере Донецкой области, где ВС РФ стремились продвинуться в направлении Лимана (до 2016 года — Красный Лиман) и Славянска. 

По оценке украинского командования, российские войска рассчитывали обойти Славянско-Краматорскую агломерацию с севера и взять под контроль трассу Харьков — Славянск, важную для снабжения СОУ. Чтобы нарушить эти планы, 3-й корпус под командованием бригадного генерала Андрея Билецкого провел операцию «Вівальді», состоящую из четырех этапов, или «сезонов», по аналогии с циклом итальянского композитора Антонио Вивальди «Времена года».

Одной из главных задач было нарушение российской логистики до начала штурмовых действий. На первом этапе украинские беспилотники атаковали транспорт и инфраструктуру на глубине до 50 км от ЛБС, затем — до 120 км. Под удары попадали грузовики с боеприпасами и топливом, склады, переправы, командные пункты и узлы связи 20-й и 25-й общевойсковых армий. 

По словам офицера СБС Серафима «Фалько» Гордиенко, постоянные удары вынудили подразделения обеспечения российской 144-й мотострелковой дивизии перенести часть объектов снабжения в Воронежскую область. В результате расстояние, на которое российским войскам пришлось эвакуировать подбитую технику, увеличилось примерно на 250 км.

Как сообщили в 3-м корпусе, в ходе наступления артиллерия и беспилотные подразделения наносили удары по российским тылам, средства ПВО и РЭБ обеспечивали прикрытие наступающих подразделений, а БПЛА и НРК действовали впереди пехоты. Важную роль в этой системе играла спутниковая связь. Как рассказал американский советник 3-го корпуса Джон Робертс, Starlink использовался для связи между военнослужащими, командными пунктами и операторами дронов: через него передавали изображение с разведывательных БПЛА и координировали удары. Starlink также позволял управлять НРК на значительном расстоянии.

Starlink обеспечивал управление наземными дронами во время украинской операции «Вiвальдi»

СОУ переделали советские БТР-60 в оснащенные взрывчаткой машины-камикадзе, управляемые через Starshield. Применялись также небольшие роботы Hyena, доставляемые тяжелыми квадрокоптерами в тыл российских войск — после приземления ими тоже можно было управлять удаленно. Одновременно для защиты наступающих подразделений от российских беспилотников в 3-м корпусе объединили средства РЭБ в единую систему прикрытия, а часть оборудования установили на НРК. По информации корпуса, в ходе операции «Вівальді» удалось сорвать более 20 тысяч вылетов российских дронов.

https://t.me/theinsru/4154

Первые результаты операции командование 3-го корпуса объявило в середине сентября. 14 октября — в день введения ограничений Starlink / Starshield — Билецкий объявил о завершении четвертого этапа «Вiвальдi». Согласно информации корпуса, украинские военные в ходе операции вернули под свой контроль 277 км2 территории и 16 населенных пунктов. 

По оценке военного эксперта Кирилла Михайлова, Starshield позволял беспилотным подразделениям 3-го корпуса наносить удары по российской логистике на значительную глубину, вплоть до Луганска. Эксперт CIT, попросивший об анонимности, также считает, что спутниковое управление было необходимо прежде всего для «миддлстрайка», который составлял важную часть операции «Вівальді». Вместе с тем для связи между позициями и штабами, управления наземными роботизированными комплексами, в том числе БТР-камикадзе, по его мнению, было достаточно возможностей обычного Starlink.

Полное отключение Starshield не лишило бы украинские войска возможности проводить наземные наступательные операции, но существенно снизило бы их эффективность, полагают эксперты. По словам Михайлова, обычный Starlink можно использовать для стационарной связи, управления НРК и тяжелыми мультикоптерами типа Vampire («Баба-яга»). 

Теоретически через него можно обеспечить связь и с беспилотниками «миддлстрайка» и дронами-перехватчиками, однако для этого потребуются массовое применение воздушных ретрансляторов и значительная перестройка системы связи. Эксперт CIT обращает внимание на последствия для наземных войск: без систематических ударов по российским оперативным тылам будет сложнее изолировать район наступления, нарушать подвоз снабжения и переброску подкреплений. По его оценке, это может привести к замедлению продвижения украинских подразделений и росту их потерь, хотя последствия будут зависеть от условий конкретной операции.

Как украинские силы могут воевать без Starlink и Starshield

Ограничения Starshield коснулись прежде всего беспилотников, которым нужна постоянная связь с оператором. Между тем значительная часть украинского дальнобойного арсенала от нее не зависит. БПЛА, летящие по заранее заданным координатам, могут поражать стационарные объекты и не нуждаются в непрерывном управлении, а крылатые ракеты и ракеты-дроны используют собственные системы навигации. 

Таким образом, проблемы со спутниковой связью не приводят к прекращению украинских ударов по российским нефтеперерабатывающим заводам, предприятиям ВПК, аэродромам, дронопортам и другим объектам в оперативном и глубоком тылу.

Одним из основных направлений дальнобойных ударов СОУ остаются объекты нефтяной промышленности. Украинские беспилотники регулярно атакуют НПЗ, нефтебазы и нефтеперекачивающие станции, вызывая пожары и повреждения оборудования. 

В частности в октябре и начале ноября сообщалось об ударах по нефтяной инфраструктуре в Рязанской, Волгоградской, Самарской, Нижегородской областях. В конце сентября успешные удары по НПЗ привели к остановке работы четырех предприятий. Такие удары оказывают прямое влияние на российскую экономику и стали одной из главных причин летнего топливного кризиса в России.

Между тем с 16 по 30 октября атаки на НПЗ были приостановлены, вероятно, из-за давления администрации Трампа — и сменились налетам на предприятия химической промышленности. В конце октября ударам подверглись заводы по производству синтетического каучука в Тольятти, Омске и Воронеже. Их продукция используется в изготовлении в том числе ракетного топлива. Поэтому главная задача СОУ — поразить на таких заводах установки полибутадиена, которые сложно отремонтировать. 

Именно такая установка попала под удар на заводе «Воронежсинтезкаучук» 26 октября. По информации компании Fire Point, всего в России насчитывается около 10 крупных предприятий каучуковой промышленности — и по состоянию на 25 октября шесть из них уже подверглись 11 успешным атакам.

Расширяется и кампания против предприятий российского ВПК. 25 сентября беспилотники атаковали завод «Искра» в Ульяновске, входящий в концерн «Алмаз-Антей» и производящий электронные компоненты для радиоэлектронной аппаратуры и средств связи. 

В октябре украинские военные также сообщили об ударах по заводу «Энергия» в Ельце, выпускающему источники питания для ракет и управляемых авиабомб, и предприятию «Протон-Электротекс», производящему компоненты для российских крылатых и баллистических ракет.

https://t.me/theinsru/4152

Украинские военные используют для таких задач не только беспилотники самолетного типа, но и крылатые ракеты собственного производства: «Фламінго», новые модификации «Нептуна» и несколько типов ракет-дронов. В июне под удар попало предприятие «Титан-Баррикады» в Волгограде, участвующее в производстве пусковых установок. 

В конце сентября украинские военные также применили несколько типов дальнобойного вооружения против Азовского оптико-механического завода в Ростовской области. Основной проблемой в этой связи остается ограниченное количество и нестабильная результативность такого вооружения.

Под удары попадают и базы хранения военной техники. В ночь на 22 октября беспилотники атаковали 75-й арсенал ГРАУ — ныне предприятие «75 Арсенал» в подмосковном Серпухове. Сообщается о попаданиях по ремонтным цехам и ангару. По оценкам OSINT-аналитиков, в 2024 году там находилась крупнейшая известная база хранения наземных средств ПВО в России.

В результате массированного ракетно-дронового удара по штабам группировки войск «Центр» в Донецке 26 августа 2026 года погибли не менее 20 офицеров — их имена установила «Медиазона». В их числе начальник инженерных войск Центрального военного округа РФ, полковник Андрей Романчук. Сообщается, что при атаке в том числе применялись ракеты Storm Shadow / SCALP-EG. По сведениям издания, это самый массовый известный случай гибели российских офицеров в результате одной атаки за всё время войны.

С июля украинские дальнобойные удары затрагивают также российскую коммерческую инфраструктуру. С 18 июля по 5 августа беспилотники атаковали не менее 21 логистического объекта Wildberries в России и Крыму. По оценке экспертов, повреждения получили около 17–22% складских площадей, а суммарный ущерб маркетплейса и селлеров составил 600–800 млрд рублей. 

С 22 августа налетам беспилотников подвергаются склады Ozon — компания оценила потери от атак на 11 логистических центров в 30 млрд рублей. Также под дальнобойные удары попадают российские дата-центры. После удара по дата-центру «Яндекса» во Владимире 11 октября компания сообщила об остановке его работы и сбоях в работе облачных сервисов.

https://t.me/theinsru/4059

Между тем украинские атаки на наиболее очевидные цели — российские площадки запуска «Шахедов» — имеют весьма скромные результаты. Несмотря на неоднократные удары по дронопортам в Донецком аэропорту (1, 2, 3) и возле деревни Цимбулова в Орловской области (1, 2, 3, 4), которые находятся в пределах досягаемости украинского «миддлстрайка», оба объекта продолжают функционировать и расширяться.

Донецкий аэропорт, расположенный менее чем в 50 км от линии фронта, был атакован в марте и апреле 2026 года ракетами ATACMS и Storm Shadow. Тогда были уничтожены и повреждены часть укрытий для беспилотников. Однако уже к июню на территории аэропорта насчитывалось семь пусковых установок и более 130 укрытий, а российские военные продолжили строительство защищенных хранилищ. 

Похожая ситуация сложилась в дронопорте Цимбулова. По подсчетам украинских OSINT-аналитиков, там построены 23 пусковые установки, 387 укрытий и 26 подземных хранилищ. В конце августа и сентябре украинские удары повредили несколько сооружений, однако бóльшая часть инфраструктуры не пострадала. В октябре атаки участились: после налетов 1, 3 и 10 октября спутниковые снимки показали новые повреждения бункеров, пусковой установки и зоны хранения беспилотников. Тем не менее информации о длительном прекращении работы площадки не поступало. Аналитики CIT предполагают, что при редких ударах российская сторона успевает восстанавливать инфраструктуру и восполнять потери.

Дальнобойные удары слабо влияют на работу площадок для запуска российских беспилотников по Украине

Одной из ключевых российских площадок для запуска дальнобойных БПЛА стал аэродром Гвардейское в Крыму. В сводках Генштаба ВСУ он впервые появился как место запуска барражирующих боеприпасов в марте 2025 года, а к осени 2026-го пуски оттуда происходили практически ежедневно. Еще к лету 2024 года с Гвардейского была выведена почти вся базировавшаяся там пилотируемая авиация. Между тем периодически поступают сообщения от украинской стороны о поражении там вертолетов. Но в целом аэродром перепрофилировали под беспилотники. Вывести такую площадку из строя надолго сложно. 

Инфраструктура работы с БПЛА рассредоточена: точки запуска, обслуживания и хранения находятся в разных частях аэродрома, а сами стартовые позиции могут сравнительно быстро восстанавливаться. Примечательно, что для запусков БПЛА с аэродрома используют не стационарные установки, а мобильные платформы на автомобилях, которые выезжают на взлетно-посадочную полосу. Кроме того, Гвардейское находится в глубине полуострова, поэтому украинским дронам приходится преодолевать около ста километров над сушей, где они могут быть с большей вероятностью сбиты. 

СОУ неоднократно пытались поражать этот узел: Генштаб сообщал об ударах по месту хранения, подготовки и запуска БПЛА возле Гвардейского 7 августа, а после атаки в ночь на 12 октября спутники NASA зафиксировали пожар в районе юго-восточной части ВПП.

В CIT считают, что в условиях дефицита зенитных ракет эффективнее придерживаться принципа «бить по лучнику, а не по стрелам» — приоритизировать уничтожение пусковых установок и инфраструктуру запуска. Даже при наличии комплексов ПВО, МОГ и глушилок оборону подобных объектов можно перегрузить массированной атакой. 

Аналитики недоумевают, почему склады Wildberries и подобные объекты оказываются для украинской стороны более приоритетными целями, чем дронопорты. Вместе с тем авторы украинского OSINT-проекта Dnipro Osint ⟨ Гарбуз ⟩, проанализировав спутниковые снимки дронопорта возле деревни Цимбулова, откуда регулярно запускают «Шахеды», в том числе по Киеву, отмечают, что СОУ неоднократно атаковали объект, иногда успешно поражая склады и пусковые установки, однако большинство ударов, по их оценке, не достигли цели из-за мощной системы РЭБ. 

На приведенных проектом снимках вокруг объекта видны многочисленные воронки и следы падения беспилотников. По мнению авторов, более эффективным средством поражения таких целей могли бы стать баллистические ракеты средней дальности, в частности FP-7.

Еще труднее поражать крупные производственные предприятия, защищенные эшелонированной ПВО. В частности, в «Радио Свобода» насчитали на спутниковых снимках от 21 октября 33 позиции и сооружения для средств ПВО вокруг особой экономической зоны «Алабуга», где производят российские беспилотники типа «Шахед». Помимо башен и площадок для зенитных комплексов, там оборудованы пулеметные позиции и конструкции для противодроновых сетей. Последний зафиксированный налет украинских беспилотников на предприятие произошел еще в июне 2025 года.

Более результативными стали украинские удары по аэродромам на территории РФ. Только за октябрь 2026 года ВКС РФ потеряли семь Су-34: один — на аэродроме Ханская в Адыгее 4 октября, четыре — на аэродроме Борисоглебск в Воронежской области 15 октября и два — на аэродроме Мариновка 29 октября. 

Таким образом, даже без Starshield СОУ сохраняют возможность наносить удары по российским оперативным и глубоким тылам. Однако ограничения спутниковой связи сужают возможности поиска и поражения движущихся целей. Поэтому для сохранения масштабов «миддлстрайка» украинским военным необходимы альтернативные каналы управления.

Чем заменить Starlink и сколько времени это займет

Ограничения в работе спутниковой связи в октябре 2026 года заставили СОУ вернуться к поиску независимых поставщиков, но существующие альтернативы Starlink пока не способны полноценно его заменить, особенно при управлении беспилотниками на расстоянии десятков и сотен километров. Кроме того, для связи между командными пунктами, передачи разведданных и управления БПЛА требуются разные решения.

Европейская спутниковая система Eutelsat OneWeb уже присутствует в Украине. СОУ используют ее преимущественно для связи между штабами и командными пунктами, а также в качестве резервного канала связи, в том числе на морских беспилотниках. Вместе с тем подтверждений применения этой системы для управления БПЛА при дальних атаках пока нет. 

В отличие от Starlink с группировкой из более чем 11 тысяч спутников в OneWeb насчитывается около 650 аппаратов. Совокупная пропускная способность ее спутниковой группировки значительно меньше, а оборудование дороже, чем у Starlink, и рассчитано преимущественно на корпоративных и государственных заказчиков.

Еще в марте 2025 года Eutelsat сообщала о наличии в Украине нескольких сотен терминалов, которыми невозможно заменить десятки тысяч терминалов Starlink. Также остается открытым вопрос об использовании OneWeb для управления быстро движущимися БПЛА. 

Как объяснил OSINT-исследователь Якуб Яновский, SpaceX обладает преимуществом не только за счет количества развернутых спутников, но и благодаря самостоятельному производству оборудования, запуску аппаратов собственными многоразовыми ракетами и постоянному увеличению пропускной способности сети. Европейским конкурентам приходится прибегать к услугам разных подрядчиков для производства и запуска своих аппаратов. По оценке Яновского, быстро догнать SpaceX не удастся даже при значительном росте госфинансирования.

Быстро догнать SpaceX конкурентам не удастся даже при значительном росте госфинансирования

Еще одна европейская альтернатива — терминалы шведской компании SatCube, которые поставляются в Украину с 2023 года при финансовой поддержке Германии. Они обеспечивают спутниковый интернет через геостационарные спутники американской Intelsat, но из-за большой задержки сигнала и массы оборудования подходят скорее для стационарной и полевой связи, чем для управления беспилотниками.

Интересным решением для дальнобойных БПЛА могут стать компактные терминалы израильской компании HiSky. В конце октября 2026 года российский Координационный центр помощи Новороссии сообщил, что получил для исследования терминал SmartLITE SIRIUS 16×16, снятый с украинского БПЛА самолетного типа. В отличие от Starlink, HiSky использует спутниковые сети сторонних операторов, что потенциально позволяет поддерживать связь над территорией России. 

Терминалы HiSky рассчитаны на передачу команд, телеметрии и других данных через спутниковую связь. Их пропускная способность зависит от используемой спутниковой сети, а возможности передачи видеопотока и дистанционного управления беспилотником требуют дополнительной оценки. Подтверждения их применения от украинских военных пока нет, но Сергей «Флеш» Бескрестнов не считает подобные технологии чем-то уникальным.

Еще один потенциальный конкурент Starlink — американская система Amazon Leo, ранее известная как Project Kuiper. К октябрю 2026 года компания вывела на орбиту почти 400 спутников и рассчитывала начать предоставление ограниченного доступа к интернету до конца года. В перспективе численность группировки должна достичь более 3 тысяч аппаратов. 

Но, в отличие от SpaceX, Amazon не располагает собственными ракетами и зависит от сторонних поставщиков пусковых услуг, в том числе и от самого SpaceX, а ее спутниковая группировка пока не достигла необходимого масштаба. К тому же переход с одной американской коммерческой системы на другую не решит для Украины проблему зависимости от властей США.

В долгосрочной перспективе в Европе рассчитывают создать собственную систему защищенной спутниковой связи IRIS², которая по своему назначению ближе к военному Starshield, чем к коммерческому Starlink. Реализацией проекта занимается консорциум SpaceRISE, в который входят Eutelsat, SES и Hispasat. 

Развертывание IRIS² обходится дороже Starlink из-за военных стандартов безопасности и устойчивости к РЭБ, сложной многоорбитальной архитектуры, стремления обеспечить технологическую независимость и отсутствия сопоставимого со Starlink масштаба производства. Проект Евросоюза предусматривает запуск 348 спутников, в том числе для обеспечения военной и правительственной связи. Планируется и предоставление коммерческих услуг. 

В августе 2026 года Еврокомиссия утвердила ускоренный график: первые запуски запланированы на 2029 год, начало предоставления защищенных услуг — с 2030-го. Но даже после старта эксплуатации потребуется время для расширения сети и внедрения совместимого оборудования — IRIS² может в перспективе стать стратегической альтернативой SpaceX, но не решением текущих проблем СОУ.

Европейский аналог Starshield планируется запустить в работу с 2030 года

Собственную независимую спутниковую сеть пытаются создать и украинские разработчики: 1 октября 2026 года компания Himera совместно с датской GomSpace вывела на орбиту первый испытательный спутник OBRIA NANO, который должен стать основой будущей украинской системы защищенной связи.

Традиционные радиоканалы, наземные и воздушные ретрансляторы, а также MESH-сети могут помочь СОУ ослабить зависимость от Starlink. В отличие от радиосвязи, такие сети передают данные через несколько взаимосвязанных устройств — выход из строя отдельного узла не влияет на связь. 

Например, американские системы Silvus StreamCaster и украинские HIMERA предназначены для обеспечения связи между подразделениями без постоянного подключения к спутниковому интернету. Однако на расстоянии сотен километров поддерживать такую сеть сложнее: для этого требуются ретрансляторы, которые противник может подавить или уничтожить.

Еще одна возможность — сотовые сети 4G/LTE. Они уже применяются в военных беспилотниках. В частности, в «Шахедах» еще в 2023 году были обнаружены модемы и SIM-карты мобильных операторов. Сотовая связь позволяет передавать данные без спутниковых терминалов, но на оккупированных территориях может не быть покрытия. Кроме того, операторы и военные могут ограничивать доступ к сети для отдельных устройств. Поэтому мобильный интернет способен дополнять другие каналы управления, но не гарантирует устойчивой связи на протяжении всего полета.

Зависимость от Starlink создает уязвимость не только перед решениями руководства США, но и действиями ВС РФ. В частности, в 2026 году российские силы начали активнее применять комплексы «Волна Купол Гарант», предназначенные для подавления Starlink. Эти системы действуют в районах Донецка, Мариуполя, Бердянска и Крыма, затрудняя удары СОУ по российским тылам. Вместе с тем мощное радиоизлучение облегчает обнаружение комплексов, и некоторые из них уже были уничтожены украинскими беспилотниками.

Принципиально другой подход — это развитие автономных беспилотников, которым не нужна постоянная связь с оператором. Например, дроны Hornet компании Perennial Autonomy Эрика Шмидта используют машинное зрение для распознавания техники и сопровождения целей, а при потере спутниковой навигации могут автономно ориентироваться по изображениям местности. После захвата цели беспилотник способен самостоятельно завершить атаку даже при потере связи. Немецкие HX-2 также могут выполнять часть полета автономно и использовать машинное зрение для донаведения.

Автономное управление внедряется и в наземных роботизированных комплексах. В октябре 2026 года полк беспилотных систем «Лава» 2-го корпуса Нацгвардии Украины «Хартія» сообщил об испытании НРК с системой автономного управления на харьковском направлении. Машина самостоятельно преодолела 93% маршрута протяженностью 20 км, а оператору пришлось взять управление на себя лишь на участке длиной 1,4 км. 

Перед выполнением задания местность сканируют с помощью лазерного прибора — лидара, — создавая ее трехмерную карту. Во время движения НРК ориентируется по этой карте, а камеры и искусственный интеллект помогают ему распознавать препятствия и самостоятельно маневрировать. Разработанная компанией Apex AI система снижает потребность в постоянной связи с оператором, в том числе через Starlink.

В то же время современные автономные системы пока не способны полностью заменить оператора при выполнении сложных задач, особенно в быстро меняющейся обстановке. Дальнейшее развитие этих технологий позволит снизить зависимость СОУ от стабильной спутниковой связи. Вместе с тем полностью исключить ее из системы разведки, управления и координации невозможно.

По мнению опрошенных изданием «Оборонка» украинских военных, широкое распространение дешевого и простого в использовании Starlink затормозило развитие собственных систем связи. Для создания сетей ретрансляторов и других резервных каналов требуется значительно больше времени, средств и специалистов. Поэтому, как отмечает руководитель Центра инноваций и технологий 7-го корпуса ДШВ майор Игорь Богдан, вместо поиска единственной замены Starlink СОУ должны стремиться объединять разные технологии в децентрализованную сеть, которая бы сохраняла работоспособность даже при потере отдельных узлов.

Таким образом, в ближайшей перспективе у Украины есть возможность снизить зависимость от SpaceX за счет сочетания различных каналов связи и развития автономного наведения. Однако замена Starshield на высокоскоростных БПЛА остается значительно более сложной задачей. Для создания же независимой спутниковой инфраструктуры потребуется как минимум несколько лет.

• Дороги смерти: как украинские удары по транспортным коридорам уничтожают военную логистику России
• Украинский «миддлстрайк». Как ВСУ научились массово бить по целям до 300 км от линии фронта и почему ВС РФ ничего не могут с этим поделать
• Спутник и разгром. Как блокировка российских Starlink перевернула ситуацию на фронте