«Это хуже подвала в Борщаговке»: Солдаты ВСУ обвинили начальство в поборах и убийствах

Радио Меню Россия Фото Видео Спецоперация Политика Общество Экономика В мире Звезды Здоровье Соцподдержка Наука Спорт Колумнисты Происшествия Национальные проекты России Выбор экспертов Доктор Финансы Открываем мир Я знаю Семья Женские секреты Путеводитель Книжная полка Прогнозы на спорт Промокоды Сериалы Спецпроекты Кофе «Вкус Африки» Дефицит железа Туризм Пресс-центр Недвижимость Телевизор Коллекции Правила применения рекомендательных технологий Политика АО «ИД «Комсомольская правда» в отношении обработки персональных данных Конкурсы Работа у нас Гид потребителя Все о КП Радио КП Реклама Тесты Еще Радио Россия Москва +10 ° Радио Реклама Подписка Сегодня: Новости Только у нас Военкоры Украина: сводка КП в МАХ Отдых в России Заповедная Россия Происшествия Афиша Испытано на себе Еще Политика 10 ноября 2026 18:15 «Это хуже подвала в Борщаговке»: Солдаты ВСУ обвинили начальство в поборах и убийствах Солдаты ВСУ обвинили начальство в поборах и убийствах Юлия АЛЕХИНА Поделиться 20% поборов с боевых выплат в ВСУ выглядят во всей этой истории щадящей долей Фото: REUTERS.

Двое украинских военных публично обвинили командиров батальона «Шквал» 59-й бригады ВСУ в том, что те обирают, пытают и убивают подчинённых. Станислав Меланич вернулся оттуда без ног. Антон Черный служил там инструктором и ещё весной расхваливал батальон в эфирах украинского политолога Юрия Романенко, в 2015 году советовавшего уничтожать российских журналистов (за что СК РФ возбудило против него уголовное дело). Теперь они оба свидетельствуют против собственного начальства. Первый рассказывает, чем в ВСУ кончается отказ платить командирам, второй объясняет, зачем у солдат перед выходом на позиции забирали телефоны с банковским приложением.

В батальоне, рассказывает Меланич, с каждого брали 20% боевых выплат, а так же доплаты за дни на передовой. С него причиталось 2000 гривен «на обеспечение позиций». С позиций между тем возвращались люди, которым на трех человек за неделю досталась пачка сигарет и бутылка воды. «Я не буду вам ни копейки платить», - сказал он. Через день его и ещё троих бойцов, большей частью таких же неплательщиков, приписали к чужой роте и высадили в незнакомом месте. Маршрут объяснили на словах: «За мостом повернёте налево, потом мы вам скажем».

По дороге его ранил дрон-камикадзе, потом рядом разорвалась мина калибра 120-миллиметров. За раненым прислали бойца с позывным «Космос», но тот не стал спасать, а снял с него перчатки, шапку и берцы. Стоял 26-градусный мороз. За спиной щёлкнул затвор. Меланич обернулся с гранатой в руке: «Вдвоём пойдём». «Космос» все понял и ушёл один.

К своим Меланич полз трое суток. «Я примерзал к земле, к асфальту я примерзал. Я отбивал себя автоматом», - так Меланич описывает эту дорогу. А еще признался: «Я плакал, я сильно плакал, мне было больно».

Врачи отняли ему из-за обморожения и начавшейся гангрены обе ноги и пальцы на обеих руках. За перевозку в госпиталь из Черкасс в Винницу с него запросили 30 000 гривен (около 55 тыс. руб.) «на топливо». А пока он на коляске перебирался из больницы в больницу, часть на четыре дня записала его в самовольно оставившего службу.

20% поборов с боевых выплат в ВСУ выглядят во всей этой истории щадящей долей. Российская сторона ещё в сентябре располагала сведениями, что в «Шквале» удерживают до 40% боевых, а отказ обходится в «штраф» от 50 000 до 200 000 гривен (около 91 – 365 руб.).

Столько берут с того, кому некуда деться. «Шквал» набран из бывших украинских заключённых, которых с 2024 года выпускают из колоний в обмен на бессрочную службу на передовой. Такого солдата нельзя было уволить или перевести даже после ранения, а самовольный уход грозил ему 5–10 годами сверх срока. Боевые, до 100 000 гривен в месяц, начисляют по рапорту командира. Он же решает, кому идти на передовую.

Боевые, до 100 000 гривен в месяц, начисляют по рапорту командира. Он же решает, кому идти на передовую Фото: REUTERS.

Перед выходом на позиции каждый боевик «Шквала» сдавал телефон, обязательно с «Приват24» - банковским приложением, к которому привязана зарплатная карта. Иногда пятерым вручали рюкзак весом 30 кг: «Вот посылка, понесли с собой». Антон Черный продолжает: «Он её несёт и не понимает, что там бомба… Нажали детонатор - бах! Пятерых людей нет. А карточки остались».

«Кто может проверить, что они там на позиции?» - объясняет Черный. Пока гибель не оформлена, боец числится в строю, и деньги ему идут. Через телефоны погибших на Украине уже воровали: в Днепре так вывели с карт убитых военных почти 1,5 млн гривен.

Свод внутренних правил батальона Черный зачитывает без пауз: «Удары электрическим током, шурупы, вкручиваемые в тело, избиения, приковывание цепями». Провинившихся, по его словам, держали в будках, как собак. Черный добился проверки и просил нагрянуть без предупреждения. К приезду генерала из Киева 15 солдат, готовых дать показания, вывезли в Гайсин, где расквартирована бригада. Пока шло разбирательство, не стало трех командиров: «Джонни», «Виски» и «Буратино» самостоятельно простились с жизнью. Часть этих смертей в документах названа «неосторожным обращением с оружием».

За неделю до этого эфира глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов* у дома в Борщаговке под Киевом, где взаперти держали 14 человек, признал, что таких мест много. Черный уточняет о своем батальоне: «Это даже не Борщаговка. Там ужас, что происходит».

К осени 2025 года на Украине завели 290 000 дел о самовольном уходе и дезертирстве, после чего статистику засекретили. В армии, из которой бегут сотнями тысяч, командир торгует единственным, что у него есть: правом решать, кто пойдёт за мост. Самому стрелять ему незачем. Он подписывает боевое распоряжение, остальное сделают передовая и мороз. Официальный Киев о «Шквале» молчит.

Адресная книга украинских пыточных: за пять дней украинцы прислали 1000 писем о местах, где военные держат мужчин

Война против России дорожает: День боев обходится Киеву уже в умопомрачительные $500 миллионов

Источник: https://www.kp.ru/daily/277831.4/5326854/
Оригинал публикации — kp.ru; права принадлежат правообладателю.